Ассоциация Гардарика

Библиотека Ассоциации Гардарика.

Женский костюм Новгорода XI-XII вв.

М.И.Петров (Годи).

Одной из наиболее сложных проблем исторической реконструкции/моделирования, на мой взгляд, является недостаток качественной научной информации по одежде славян, как женской, так и мужской. Именно эта причина, как кажется, резко сокращает возможности выбора: столкнувшись с практически полным отсутствием информации по женской одежде и орнаментации славян на эпоху викингов, многие отказываются от попыток заниматься реконструкцией/моделированием славянского костюма.
Эта работа является попыткой предоставить для широкого использования ту скудную информацию, которая имеется в наличии. Необходимо отметить, что более значительный объем знаний существует преимущественно по характеру славянского женского убора, но не собственно одежде. Последняя реконструируется преимущественно по изобразительным источникам.

Одежда.

Основной комплекс знаний по истории костюма раннего средневековья (эпохи викингов) получен в результате изучения погребальных памятников. Материалы археологических исследований погребений предоставляют уникальную информацию по истории костюма для скандинавского, балтского и финно-угорского этносов: широкое распространение металлических (прежде всего бронзовых) украшений создает условия для сохранения органических остатков (кожа, ткань и проч.).

Однако, большое количество металлических украшений не характерно для славянского костюма, и нарядность одеяний достигалась путем вышивки (причем крайне редко проволокой или металлизированной нитью). В результате инвентарь славянских погребений сравнительно небогат, а сохранность органических материалов минимальна.

В то же время существует значительное количество археологических памятников, в которых, благодаря повышенной влажности культурных отложений, прекрасно сохраняется органические материалы: кость, кожа, ткани. Однако, подобный характер культурных напластований характерен, преимущественно, для поселений: Новгород, Ладога, Рюриково Городище и иные. Собственно характер инвентаря, встречающийся в городских культурных напластованиях позволяет получить немногочисленные разрозненные предметы костюма и аксессуары: обувь, украшения, ножи, кресала, гребни и проч. Культурный слой средневекового города не является закрытым комплексом: он неминуемо подвергался более поздним вторжениям (ямы, траншеи частоколов, втаптывание предметов в грунт и проч.). Погребальные памятники потенциально являются закрытым комплексом (хотя безусловно, более поздние вторжения также возможны), что создает более благоприятные условия для комплексного изучения истории костюма.

Существенной проблемой для получения источников по новгородскому костюму является тот факт, что погребальных памятников в ближайшей новгородской округе крайне мало. Немногочисленные сопки, вероятно, были срыты или распаханы за прошедшие столетия [1] или подверглись разрушению в XIX-XX вв. [2], грунтовые могильники крайне сложно обнаружить. В свете подобной ситуации на передний план выходят изобразительные источники, полученные в результате археологических исследований.

В ходе археологических исследований 1998 на раскопе Троицкий XII в напластованиях первой половины XII века были найдены два рисунка на бересте, которые предоставляют весьма любопытный материал для изучения истории костюма. Наболее вероятная интепретация назначения этих рисунков - эскиз иконы, хотя характер изображения позволяет допустить, что эти изображения могли быть обычной "зарисовкой".

На изображении слева основной интерес для изучения истории костюма представляют две детали. Прежде всего необходимо отметить, прямоугольный вырез, расположенный непосредственно на груди изображенной женщины. Вариантов интепретации может быть несколько, однако бесспорно, что изображенный вырез является деталью одежды. С учетом довольно больной глубины выреза можно предположить, что на рисунке изображена верхняя одежда - платье или сарафан. Следует обратить особое внимание на двойную черту по нижнему краю выреза - вероятно, таким образом автор рисунка показал орнаментацию ворота.

Другой любопытной деталью изображения является черта, окружающая голову. Допустимы два варианта интерпретации: если это эскиз иконы, то эта черта изображает нимб, если же это светское изображение, то, скорее всего, таки образом показан головной убор - вероятно, платок.

Рисунок на бересте. XII в. Второй рисунок на бересте, обнаруженный в тех же напластованиях, что и первый, также изображает женскую фигуру, однако характер одеяний - иной. Изображенное одеяние покрыто вертикальными штрихами, которые расходятся от области шеи. Кроме того, присутствуют штрихи, направленные вниз от правого плеча. Интерпретация последних представляется затруднительной - возможно, это складки накидки. Штрихи же, направленные к двойной полосе поперек шеи (наиболее вероятная интерпретация - ворот рубахи) могут быть интерпретированы как изображение складок на сорочке или платье. Подобные складки могли образоваться при стягивании ворота шнурком.

Необходимо обратить внимание на аналогичную первому изображению черту, окружающую голову - либо нимб, либо головной плат. На обеих изображениях достаточно детально показаны волосы: наиболее вероятен прямой пробор посредине головы.

К сожалению, оба изображения - погрудные, поэтому не позволяют сделать каких-либо заключений о длине и подоле одежды.

Несколько скептическое мнение автора о правомерности экстраполяции находок XII в. на более ранние периоды, в особенности с учетом того, что речь идет о костюме, который, вероятно, и в эпоху средневековья был не менее подвержен моде, как и в наше время, не позволяет рекомендовать эти изображения как непосредственный источник для реконструкции. Однако, известные аналогии складчатых сорочек эпохи викингов (см. статью о женской одежде скандинавов эпохи викингов) допускают возможность подобной экстраполяции.

Изображение св.Варвары. Береста. Нач.XI в. Концом эпохи викингов (а точнее, первой четвертью XI в.) датируется находка изображения на бересте св.Варвары, обнаруженной в 2000 году на раскопе Троицкий XII. Немотря на то, что изображение святой не может рассматриваться как светский рисунок, и, следовательно, необходимо допускать возможность существования канона изображения, некоторые детали этого "берестяного образка" крайне существенны для изучения истории костюма.

Рисунок представляет собой довольно схематичное изображение. Наиболее четко прослеживается некое одеяние с разрезом (?) посредине, соединенное двумя прямоугольниками на груди и, вероятно, в области солнечного сплетения. Характер изображения нижней части позволяет предположить полукруглую форму одеяния. Наиболее вероятной интерпретацией этого одеяния может быть накидка, хотя положение рук несколько этому противоречит.

Полосы в районе груди по краям "накидки", возможно, указывают на орнаментацию края. Замкнутые подовальные фигуры справа и слева, скорее всего, также относятся к орнаментальным особенностям одеяния: спектр интерпретаций довольно обширен. Особое внимание следует обратить на способ "застегивания" одеяния.

Безусловно, три довольно схематичных изображения - совершенно недостаточная источниковая база для реконструкции костюма жительниц средневекового русского города XI-XII вв. Однако, в силу более чем скудной информации по этому вопросу эти изображения приобретают некую ценность. Общие соображения относительно женского костюма с учетом климатических особенностей и приведенные изображения дают если не точные рекомендации, но основу для версий реконструкции/моделирования. Дополнительно отмечу, что несмотря на датировку изображений можно допустить существование подобных одеяний и на более раннее время.

Набор украшений.

Женский убор Деревяницкого могильника. На базе погр.32. Основным источником для реконструкции комплекса украшений женского костюма являются материалы единственного археологически подробно изученного могильника ближайшей новгородской округи, расположенного у поселка Деревяницы. В целом могильник датируется XI-XII вв., однако приводимые комплексы датируются XI веком.

В составе традиционного женского убора XI-первой половины XII в. на рассматриваемом памятнике выделены два основных компонента: украшения головного убора, главное место среди которых занимают ромбощитковые височные кольца, и комплекс поясных или нагрудных украшений, состоящий из цепочки и привесок амулетов.

Важным показателем этнической характеристики населения окрестностей Новгорода является отсутствие в погребениях Деревяницкого могильника застежек-фибул, за исключением единственного случая, когда фибула использована в качестве подвески (погр.74 XI-сер.XII в.). Тип женской одежды, предполагающий использование фибул, в пределах Новгородской земли считается характерным для финно-угорского населения. С учетом общего характера погребального инвентаря женский убор по материалам Деревяницкого могильника предстает своего рода эталоном славянского убора в западной части Новгородской земли.

Височное кольцо с трапециевидной подвеской. Погр.32. Серебро. Ромбощитковые щитковоконечные височные кольца являются характерным типом для окрестностей Новгорода. Количество щитков в обнаруженных височных кольцах колеблется от 2 до 5. Орнаментация щитков исключительно из кружков, нанесенных пуансоном, обычно в сочетании с ромбической рамкой. Отмечены бесспорные случаи когда к височным кольцам были прикреплены бронзовые трапециевидные подвески. Способ ношения височных колец установить не удалось, хотя зафиксировано ношение на ременной основе.

В состав головного убора входили также очелья, изготовленные из тонкой металлизированной ленты (погр.10,32).

Шейные украшения представлены ожерельями из различных бус, среди которых преобладают золотостеклянные. В погребении 32 также обнаружена серебряная зерненая бусина.

Трапециевидные подвески. Бронза. Разного вида подвески крепились к железным цепочкам. Их сохранность не позволяет с уверенностью определить способ ношения, однако, на памятниках смежных территорий цепочки прикреплялись либо к поясу, либо к одежде на груди.

В качестве подвесок использовались шарообразные и грушевидные бубенчики, плоские зооморфные и трапециевидные привески, миниатюрные ложечки. Также на поясе погребенных в богатых захоронениях обнаружены ножи.

Необходимо отметить языческую символику входящих в убор украшений. И привески-амулеты, и возможно сами ромбощитковые кольца имели магический смысл. Тем более не случайны находки в погребениях подвесок из клыков животных (погр.32, 74) или каменного топорика (погр.109), эстетические функции которых явно вторичны.

Перстни и браслеты встречаются в этой группе погребений довольно редко. Употребленный по прямой функции перстень обнаружен только в погребении 32.

Таким образом, предоставленные в статье материалы позволяют обрести некоторую информацию о славянском женском костюме XI-XII века.



Примечания.

1. Автор присоединяется к мнению В.Я.Конецкого о том, что "святилище на Перыни" является срытой сопкой.
К тексту.

2. Единственная сохранившаяся до настоящего времени в ближайшей округе Новгорода сопка расположена близ Хутынского монастыря; в 2001 году она подверглась варварскому обращению со стороны монастырских служб: на ней начали строительство часовни, причем бетонные опоры полностью нарушили ее структуру.
К тексту.

Источники информации.

В.Я.Конецкий, Е.Н.Носов. Загадки новгородской округи. Л., 1985.

В.Я.Конецкий. Древнерусский грунтовый могильник у поселка Деревяницы около Новгорода // Новгородский исторический сборник, вып.2(12), Л., 1984. С.39-61.

М.И.Петров. Работы на раскопе Троицкий XII (вести полевого сезона) // Сервер "Археология Новгорода". Фотографии изображений на бересте: С.А.Орлов.

Начало страницы

© 2000-2018 Дизайн страницы: А.Лемешко (Sasa), PHP-программирование и макет: М.И.Петров (Годи).
© 2000-2018 Материалы сайта: авторы соответствующийх статей.



TopList